БОИ МЕСТНОГО ЗНАЧЕНИЯ...

17.2.2005

Николай Никитин


История Великой Отечественной войны хорошо изучена, но наиболее известными и по сей день остаются лишь её ключевые моменты, – сражение за Москву, Сталинградская и Курская битвы, взятие Берлина... Однако внимания исследователей и благодарной памяти потомков, несомненно, заслуживают и малозаметные, ныне фактически забытые эпизоды второй мировой, которые в сводках Совинформбюро назывались «боями местного значения». Ведь без них тоже была бы невозможна Победа.
...Герой нашего очерка – Тюриков Андрей Григорьевич – родом из архангельских поморов. В ноябре 1938 года был призван на действительную военную службу и тянул армейскую лямку 18 лет. Служил в Крыму, на Дальнем Востоке. После начала Великой Отечественной войны подал рапорт с просьбой отправить его на фронт. Безрезультатно... Но вот, наконец, командир сапёрного взвода лейтенант Тюриков на передовой: в составе 474-го стрелкового полка 361-й дивизии 15-й Армии он участвует в разгроме японских войск в Маньчжурии.
На пути стремительного наступления его части оказывается водная преграда – река в 70-80 метров шириной с крутыми, в 4 метра высоты берегами. Мост через неё взорван японцами, и взводу А.Г. Тюрикова приказано восстановить его, чтобы как можно скорее перебросить на другой берег машины и артиллерийские орудия. От прежнего моста остались только торчащие из воды сваи разной высоты. Для восстановительных работ нужны стройматериалы. В ходе разведки выяснилось, что неподалёку находится железнодорожная ветка (узкоколейка). Лейтенант Тюриков решает восстанавливать мост из рельсов и шпал железнодорожного полотна. Для его разборки и доставки материалов к мосту были мобилизованы мужчины из ближайшей китайской деревни. Работа закипела. Выравнивали сваи, подтаскивали и закрепляли рельсы, укладывали шпалы. Благодаря умелой, чёткой организации действий и самоотверженности сапёров мост был восстановлен всего за 8 часов вместо положенных в мирное время 2-3-х суток. Работали практически без отдыха. Когда к переправе стали подтягиваться артиллерия и танки, измученный Тюриков не успел привести себя в порядок. Постеснявшись предстать перед командующим в грязном обмундировании, он попросил доложить о наведении переправы знакомого лейтенанта. Видимо, поэтому ни сам Тюриков, ни его солдаты никакой награды за мост не получили...
«Западные» историки вкупе с доморощенными либералами любят рассуждать о том, насколько легко было Красной Армии громить «несчастных» японцев. В «забугорной» историографии и нашей «радикально-демократической» публицистике военная кампания августа 1945 года на Дальнем Востоке обычно представляется чем-то вроде увеселительной прогулки советских войск по Северо-Восточному Китаю и Корее.
В Старой Купавне проживало много участников этих боевых действий. Мне не раз приходилось беседовать с В.В. Волковым, И.Ф. Соколовым, Е.И. Кругловым, И.А. Трегубовым, В.В. Шелушпановым. Их рассказы полностью подтверждают мнение честных, объективных историков о том, что впечатляющие успехи советских войск в Маньчжурии в 1945 году объясняются не отсутствием сопротивления со стороны Квантунской армии, а умелым командованием, высоким боевым духом, мастерством и массовым героизмом бойцов Красной Армии, а также тем, чего особенно не хватало нашим войскам на европейском театре военных действий в начале Великой Отечественной войны, – превосходством в вооружении. Вместе с тем воспоминания ветеранов боевых действий на Дальнем Востоке противоречат другому утверждению «либеральных» идеологов – о том, что во Второй мировой войне мы победили «вопреки идиотизму командования» – «мясом», т.е. завалив противника собственными трупами и залив собственной кровью...
В рассказе А.Г. Тюрикова о боях в Маньчжуриилишь, как в капле воды, отражается подлинный характер тех событий. «Наша дивизия, – вспоминает ветеран, – подходила к городу Фуцзинь, рассредоточиваясь против укрепрайона, который ей было приказано взять штурмом. Моему взводу достался участок с правого фланга. Местность перед укрепрайоном была ровной и простреливалась перекрёстным ружейно-пулемётным огнём, а также миномётами».
В фильмах «либеральных» режиссёров, конечно, сразу бы последовал штурм вражеских укреплений «в лоб» с неисчислимыми потерями. В реальной обстановке всё сложилось иначе. Лейтенант Тюриков умело использовал свой строительный опыт. До войны он руководил сооружением Благовещенского укрепрайона на Дальнем Востоке с огневыми точками, аналогичными тем, которые предстояло штурмовать. Андрей Григорьевич хорошо знал их слабые места, в частности – наличие перед амбразурами «мёртвого», непростреливаемого пространства. Приказав своему взводу окопаться, он с двумя солдатами ползком, используя складки местности, обогнул вражеский ДОТ и проник в его «мёртвое пространство». Две гранаты в амбразуру заставили японский пулемёт замолчать. Оказалось, огонь из него вёл прикованный цепью смертник, которому нечего было терять... Таким же образом были уничтожены ещё два японских ДОТа и миномётная батарея противника. Полк поднялся в атаку с криком «ура!» и быстро преодолел японские укрепления.
Благодаря умелым действиям взвода А.Г. Тюрикова были спасены от верной смерти сотни людей. Из его полка ни один человек при штурме Фуцзиньского укрепрайона не погиб. Но в других частях потери всё же были. В братской могиле города Фуцзинь нашли последнее пристанище 95 наших солдат, а общие потери 361-й дивизии под этим городом составили более 160 человек. Как позднее выяснил Андрей Григорьевич, среди них было много его земляков – молодых ребят из Архангельской области. А один солдат сугубо мирной профессии – повар – погиб при миномётном обстреле вдали от передового края. Война есть война, судьбы людей на ней непредсказуемы.
У Тюрикова А.Г. судьба сложилась удачно. После войны он продолжал армейскую службу, уволился из вооруженных сил лишь в 1956 году. Много лет работал в Старой Купавне на заводе «Акрихин» и на других предприятиях. Сейчас ветеран на заслуженном отдыхе. Но Андрей Григорьевич не может сидеть без общественно значимого дела. Не дают ему покоя воспоминания военных лет и особенно то, что героизм боевых операций, проведённых его взводом под городом Фуцзинь, не был оценен по достоинству и практически никому сейчас не известен. Для увековечения подвига своих солдат он работает в архиве, стремится выяснить имена и фамилии погибших под Фуцзинем однополчан, даты и места их призыва. А самая заветная мечта ветерана – съездить в город Фуцзинь, к местам боев, развернувшихся там 60 лет назад, к братской могиле погибших товарищей. Пожелаем ему успехов во всех начинаниях.